Вера и тайна чисел. Часть 201

 — Она уезжала. Поэтому найти не могли, — Лукреция довольно потерла руки, будто шахматистка, наконец дождавшаяся хода пешки в нужную клетку.

Вера улыбнулась, но Стелла вздрогнула. Она никак не могла привыкнуть к тому, что в доме старухи вечно бродят «гости» — мужчины с пустыми глазами, полузатёртые временем, с привычками зверей и холодом в каждом движении. Маньяки, убийцы, насильники. Когда-то их имена звучали в полицейских сводках, теперь они были ребятишками Лукреции.

— Ах, мои хорошие… — ласково шептала ведьма, оглаживая плечо одноглазого громилы. — Каждый — сокровище. У каждого своя… полезная жилка. Вот этот, например, в подвалах людей держал — и нюх у него отличный. А этот, — она кивнула на хромого, — умеет находить женщин даже по запаху волос. Разве можно отказаться от таких даров?

Стелла отвела глаза. Её передёрнуло.

— Вы… оживляете худших из худших. И гордитесь этим? — с трудом произнесла она.

Лукреция рассмеялась так, что по стенам пробежала дрожь:

— А что толку оживлять добреньких? Они только ноют и молятся. Мне нужны те, у кого кровь горит. Те, кто помнит вкус убийства. Таких легко контролировать, потому что они благодарны — я даю им вторую жизнь, а они мне — верность.

Она щёлкнула пальцами, и один из «ребятишек» подполз, словно верный пёс, и ткнулся ей в ладонь.

— Вот видите? Моё маленькое войско. И они нашли вашу Франсуазу. Сегодня вечером она снова будет петь. В ресторане «Алый Круг».

Вера и Стелла переглянулись. Сердце у Стеллы ухнуло вниз.

— Пора собираться, — тихо сказала Вера.

Лукреция хмыкнула:

— Собирайтесь, конечно. Но знайте, романтики я вам не обещаю. У меня работы невпроворот: война — лучшее время для набора армии. Столько свежих тел… да ещё каких! Мне есть из кого выбирать.

Она на миг задумалась и добавила, иронично прищурив чёрные глаза:

— А вот романтику вам сегодня устроит этот Франц. Он уже выследил ваш поход. Наконец-то найдёт свою Жёлтоглазку. Посмотрим, чем всё это кончится.

Она рассмеялась — хрипло, как скрип двери в склеп, и исчезла в темноте.

Стелла нервничала, теребила рукав платья.

— Мне страшно. Увидеть… себя… в прошлом… Это ненормально.

— Это интересно, — мягко сказала Вера и сжала её руку. — Не бойся. Мы должны.

Франц в это время быстро шёл по улицам, ловя каждый их шаг. Его сердце билось так, словно он снова был мальчишкой перед первым боем.

— Наконец-то… — прошептал он. — Я её увижу. Настоящую.

Ресторан «Алый Круг» встретил огнями, шумом бокалов и табачным дымом. Сквозь звон смеха и гул голосов вдруг раздалась песня.

Они вошли — и сразу увидели её.

Франсуаза.

В чёрном платье, обтягивающем тонкую талию, с красиво собранными волосами. Нежная и страстная одновременно, как огонь в шелке. Голос её был тёплым, но в нём слышалось что-то отдалённое, словно эхом шла боль чужих жизней.

Франц замер. Кровь ударила в виски.

«Она моя. Моя. И никто не отнимет».