Афина

  С самого начала стало ясно: Лея — не обычный ребёнок. Она почти не плакала, а если и капризничала, то только когда чувствовала, что кто-то в доме грустит или болен. Её взгляд был тяжёлый — не по-детски осознанный. В три месяца она смотрела на лампу, и та начинала качаться. Игнатий поначалу думал, что это ветер, но Джейн лишь мягко улыбалась. — Она уже чувствует мир. У неё сильная связь с пространством, — шептала Джейн, гладя дочку по рыжим волосам. Когда Лее исполнился год, она начала «разговаривать» с кошками. Они собирались вокруг неё, как будто знали: перед ними не ребёнок, а своя. Кошки шипели, мурлыкали, поворачивали головы, а Лея отвечала им, тихо, полушёпотом, на странном, певучем языке. Иногда после этих разговоров кошки уходили из дома, но вскоре возвращались с «подарками» — перьями, гладкими камешками или засохшими цветами. В два года её любимыми игрушками стали зеркала. Она могла часами смотреть в них — не в своё отражение, а как будто в окна, ведущие в иные миры...

  Начало формы                                                       Зеркало Пятой Глава 1 Лес был тёмен, но не страшен. Луна полная, молчаливая, проливала молочное серебро на узкие тропы между вековыми деревьями. Где-то вдалеке ухал филин. Ветви шептались друг с другом, как будто обсуждали тайну, которую знали лишь они. У костра сидели четверо. Каждая — в длинном платье, ткань которого мерцала в отблесках пламени. Синий, розовый, зелёный и фиолетовый. Волосы у всех были распущены, ветер играл с прядями, а лица — задумчивые, но с лёгкой улыбкой. Это были ведьмы. Не из сказок, не из страшных баек деревенских бабок — настоящие. Они не творили зла, но владели силами, древними и неслышимыми для обычных людей. Первой была Север. Она носила фиолетовое и любила ирисы. Север управляла воздухом. Она могла вызвать ветер, унести слова, обострить ...