Афина

  Встреча Миры и Кира Тусклый свет звёзд едва пробивался сквозь черные ветви, когда Мира ступила на поле битвы, опалённое огнём и кровью. Вокруг горели остатки деревень, и вой раненых разрывал ночь. Она шла с холодной решимостью — разрушать, уничтожать, доказывать свою силу. Но среди теней появился он — Кир. Они не виделись давно. После того, как она спровоцировала его, почти заставила влюбиться в смертную, он надолго исчез. Но битва со светлыми соединила их на поле брани. Сейчас его глаза были налиты ледяным гневом, а губы искривлены в презрительной усмешке. — Ты здесь, — прошипел он, голос дрожал от скрытой боли. — Разрушить мой мир   — легко. Но ты все равно слабая… Мира отвернулась, сдерживая жар в груди, который она не могла себе позволить показать. — Я не слабая, — холодно сказала она. — Я сильнее, чем ты думаешь. Он приблизился, и в его взгляде мелькнуло нечто большее, чем ненависть. — Ты предала меня, — сказал он тихо, но в каждом слове звучал упрёк, как ...

  Имя, начертанное кровью Они вернулись. Каждая из стихий со своими впечатлениями. Со своими воспоминаниями. Теперь их знания, знания круга стали полнее, понятнее...Лея и Мирон с каждой секундой становились ближе. Это была их карма, их судьба, быть вместе через века...И они это приняли. Ночь опустилась быстро, как если бы её вызвали. В зеркале Леи вспыхнули очертания: круг, написанный на песке, символы, мистический  свет. Ведьмы спали, но она и Мирон сидели у костра на вершине холма. Между ними — старая книга. Страницы пульсировали в такт их сердцам. — Сегодня, — прошептала Лея, — я увидела имя. Мира. Мирон резко поднял взгляд. Он бледнел не от страха — от узнавания. — А я… — его голос стал шёпотом — … Кир. Они молчали. Мир вокруг замер, и будто весь мир выдохнул с ними. — Мы были из Алого Круга, — сказала она. — Но не такими, как потом. Не служителями. Не рабами. Мы были… сущностями. — Созданными, — добавил он. — Или забытыми богами. Сшитыми из тени и вечного же...

  Он стоял у дома Анны. И не знал, что делать: постучать, уйти, сказать что-нибудь. Он чувствовал Лею, знал, что она чувствует, что он пришел. Лея вышла первой. Спокойная. Взрослая. Уже не та девочка, что смотрела на него с доверием. И не Эллианна, которая любила до последнего вдоха. — Привет, Мирон, — тихо сказала она. Он вздрогнул, но не опустил взгляда. — Ты… ты всё вспомнила? — Да, — ответила Лея. — Всё. Почти всё. Достаточно, чтобы знать, кто ты. Кто он. Кто мы. Мирон кивнул. Он не пытался оправдаться. Не пытался приблизиться. — Ты ненавидишь меня, — прошептал он. — Я заслужил это. Она качнула головой. — Ненависть была. Но теперь её нет. Только знание. И выбор. Он выдохнул — будто в первый раз за всё это время. — Что ты видела? — спросил он. — В зеркале.   — Лока, — ответила она просто. — Его сердце. Его страх. Его свет. Он не хотел зла. Но тьма была рядом. Всегда рядом. Она сделала шаг ближе. — Я видела, как он любил Эллианну. Как не понял, ...

  Ч 19 Лея затаила дыхание. В зеркале — день, который она, возможно, помнила издалека, из глубины времени, но сейчас он разворачивался перед ней, как в первый раз.   Лок стоял у порога. Улыбался. Внутренне — спокоен, снаружи — чуть смущён, будто обычный путешественник, зашедший на чай к новому знакомому. Но за этой маской горел другой огонь — собранный, сдержанный, защищённый. Он знал, к кому идёт. И что на карту поставлено многое. Он активировал щит. Мысленно — мягко, незаметно, но твёрдо. Оболочка из нейтрального света, как плотная вуаль, окружила его разум. Никаких мыслей о Круге. Никакой памяти об обучении. Только любопытство. Восхищение. Тишина. Эллианна вышла в зал. Сначала — просто взгляд. Потом — ощущение. Неясное, как будто музыка оборвалась на полуслове. Она всегда чувствовала людей. Даже до слов, до движений. Их потоки, цвета, намерения. А сейчас — пустота.   Она улыбнулась — тепло, искренне. — Вы друг Августа? — Я скорее случайный собеседник, —...